О людях которые наверное читают книги

Я не люблю людей, которые  читают книгу и говорят: «Это всего лишь книга». Я не люблю людей, которые принимают слова книги в серьёз и примеряют маски героев на себя. Я не люблю лентяев, хотя, наверное, сама встала с дивана лишь два раза  в жизни, чтобы родиться и однажды, чтобы крикнуть «Занято!». 
  

Это очень странно, но в тот холодный осенний день, на окне стояло кривое зеркало и отражало комнату как-то не так, выделяясь своей линзой от всех зеркал в доме. Солнечный свет играл с тенями и, пробиваясь сквозь листья, свет давал понять, что это его прощальная песня. Лежа на диванчике и свернувшись эмбрионом, греясь и выпуская пар изо рта, я ловила ресницами солнце, и свет его падал на кончики волосков, словно снежинки январским днём. Было прекрасно чувствовать, что холод  начинает отступать от пальцев ног и что не придёться ставить воду на чай. В глазах расплывались редкие силуэты предметов печатная машинка, укрывшись тенью полумрака, в углу наслаждалась тишиной и одиночеством, на пару с давно молчащей скрипкой. Их никто не обежал. Просто они решили спрятаться, 
а зеркало бесчестно передразнивало их, размывая  и без того редкие и нечёткие контуры в  моих глазах. 
  Обняв руками, колени я начала прикрывать глаза и зарываться в маленькое красное кашемировое одеяльце. Мне доставляла удовольствие мысль о тепле, чае, шоколаде и нескольких граммах молотой корицы в чае. Я представляла, как в ступке я буду смешивать сахар и корицу, как буду растирать их и как всыплю в чай, он в мгновенье наполниться ароматом, сахар придаст сластинку, а корица запах, немного сливок и вот оно счастье.  
  Вспоминаются отрывки из мыслей, я знаю, что многие мечты не осуществяться, я стала слишком пессимистичной, но хочется верить, что немногое из того что желается, сбудется. Хотя часто, я убеждаюсь в обратном, выходя на улицу. Ну, разве многие из них, тех сереньких человечков, которые достойны только того, чтобы хотябы одного из их миллиардов отчеканили на монете, мечтал идти сейчас пешком по задымлённым маленьким улочкам и пачкать свои дешёвые ботинки? Я думаю, что нет, и мне немного их жаль, хотя я уверена ради своей мечты они не сделали ничего, за что я могла бы сказать им: «Молодец!» 
  Ах. Вот ещё что. В желудке как-то по недоброму заурчало, и я вспомнила вкус домашнего балоньезе. Он мне надоел, я недовольно кивнула головой кому-то, сделала кислое лицо, будто   Париж мне не понравился и все предательски приятно посмотрели на меня, и дальше погрузилась в  сон. 
   Так приятно порой противоречить миру, заставлять его не одобрять тебя,  
это так волнительно, когда ты, простив всех… 
    В этот странный холодный день, когда мысли не давали заснуть, затекала правая рука, солнце очень быстро перестало играть в моих волосах и на ресница не прыгали солнечные зайчики. Я заснула, не тревожа мир и успокаивая себя той мыслью, что когда я проснусь, мир наконец-то измениться. Хотя бы в мечтах…