No name

Так тяжело терять друзей, пусть даже мохнатых.

  Захлопнулась дверь и всё, прощай ночки с прижатым к груди пушистым комочком. который мелодично мурчал, как по утрам он будил меня, нуждаясь в моей заботе. Тяжело, больше не добавишь и не убавишь. Боль-то то, о чем орешь всем, но повторить тихо никак не можешь. По крайней мере так у меня. И пусть читая блог. кто-нибудь тоже заплачет как я сейчас и представит,ч то у него тоже кого-нибудь отобрали.

just me ]$^) CHAT

AnnaG:Редко получается быть собой!
I:Мне кажеться это потому, что ты боишься что тебя не примут настоящей.
AnnaG:Может ты и права!
I:Я права всегда.
AnnaG:Наверное.
I:Будь собой, тряпка.
AnnaG:Это я, настоящая. Я просто не очень люблю спорить.
I:Прости...=(
AnnaG:Вот видишь, даже ты (Я) не можешь меня принять истинную.
I:*смущена* 
AnnaG:Теперь ты меня понимаешь?
I: Off-line

In ...inside ...in U...in Me (c)

 -Порой хотябы один день нужно прожить в пустоте, в полном одиночестве и изоляции от мира, где-нибудь на третьем этаже изолятора для больных ангиной. Вылизывая баночку из под

йогурта к тебе вдруг возможно придёт истина, которую ты икал всё жизнь и ничего дороже этой истины у  тебя не будет, хотябы ещё минуты четыре.

"Смотрю на тебя как на Японию, 

Открытые глаза, закрытая душа,

Тихие мысли шепчут: "Селяви!"

И никто не объяснит к чему всё это!"

Одна из глупейших песен, которые я писала в одинокие моменты. Но может при желании в ней можно отрыть хоть какой-то смысл. Упираясь глазами в потолок, я подумала о человеке, а

точнее о его самовыражении в мире, о душе и о теле, о их гармонии и пришла к неоднозначному мнению. 

  Человек - как бы ни отпирались верующие, это животное, со своей необузданной силой и желаниями, которые отчасти можно назвать инстинктами.

   Ложь - самый первый и главный инстинкт после: "самосохранения" и "любви".Современный человек, да и древний наверное всегда врал, когда боялся остаться виноватым, лишь люди

честные погибали во имя правды. И именно по этому "правда" так и не стала человеческим инстинктом потому, что она чаще всего вела человека  к смерти. Хотя столь же парадоксальна

человеческая "любовь", а точнее привязанность. Любят лишь матерей, детей и любимых, к остальному просто привязаны или же просто человек к этому пристрастился. Так вот, эти самые

"пристрастия" или "любовь", которую неверующие скептики называют просто "химической реакцией", намного чаще губят человека. Пристрастия к курению и питью, никогда и ни в коем случае нельзя ставить на ряду с "любовью", хотя для многих она совсем не существует и это плохо.

   Щекотка, а точнее смех от неё - это первый человеческий рефлекс, я не помню для чего он был нужен, но почему когда в нем надобность пропала, он всё же остался. Вот так человек как

простая жестяная мусорка засоряется ненужными чувствами, рефлексами и инстинктами.(c)

Полёт над мечтой (посвящается всем, кто мечтает)

Закрываю глаза… глубокий вздох и… Резкими движениями рук я разорвала связь между оконными рамами, сильный ветер ворвался в комнату. Холодные воздух клубами белого седого тумана скатывался по подоконнику.  Холодно, и поэтому я накинула кофту. Огромные белые снежинки градом валились на землю, лишь фонарь  над подъездом освещал  припорошённый снегом асфальт. 
   Отойдя подальше к стене напротив, я приготовилась… Согнувшись в коленях, приготовившись и настроив себя, я ещё долго смотрела в раскрытое окно и темноту за ним. Ничего не было видно, лишь малые лучики света из фонаря над подъездом освещали тщательно спрятанную темнотой стену соседнего дома.

  Я закрыла глаза – темнота,  открыв их – лучше не стало. Лишь то ощущение, что сейчас то, что я вижу каждый день, станет для меня таким маленьким, что звёзды на небе мне будут казать  и то больше. 
  Набрав в лёгкие воздуха, закутавшись в теплый свитер, я разбежалась. Одним лёгким движением я заскочила на подоконник,… перебирая ногами, расправив руки, я выпрыгнула из окна. Свобода! Холодный воздух обдувал лицо, кудри разносило ветром. Стороны свитера разлетелись, лишь рукава зацепившись за запястья, не давали ему улететь. Асфальт, он уже совсем близко. 
   Я улыбнулась. Этого я ещё не пробовала не когда. Метр оставался до падения. Мой звонкий смех раздался в пустоте. Я сманеврировала и стелой взлетела вверх. 
   Адреналин забурлил в крови. Я закрыла глаза и всё ещё поднималась вверх. Снежинки касались щёк и таяли, не успев как следует коснуться кожи. Ботинки тяжелили голые ноги, ночное платье элегантно развивалось на ветру, а свитер болтался на запястьях.
  Я боялась отрыть глаза. Но пересилив себя я попыталась. Веко нервно задёргалось. И вот… темнота! Я вздохнула, было тяжело дышать. Я остановилась на секунду. Посмотрев вниз, я увидела огромное скопление светлячков. Маленьких и таких далёких. Это мой город! 
   «Нырнув» обратно, вниз головой, распрямив руки за спиной, как птица я пулей полетела вниз. От силы сопротивления, глаза почти невозможно было открыть. 
   Эти моменты были настолько быстрыми, что я про них сразу же забыла. И вот я на ряду с птицами парю над городом. Маневрируя среди домов, антенн и прочего. 
   Свет, малый и такой яркий в темноте грел душу, даже сильнее, чем камин. Снежинки как бабочки неспешно пролетали мимо меня.  Моё дыхание  оставляло на секунды в след от меня маленькие облачка горячего воздуха. А ночное платье как знамя свободы развевалось в тени.
    Пролетев над деревьями, я решила остановиться. Присев на ветке дерева, отдышавшись, я, оглянулась вокруг.  Мистическая темень, будто полотном обтянула на время весь город. Луна скользила между облаками, снег тихо падал, стеклянным блеском отдавая на свету. Безлюдно… Иногда  птицы пролетали неподалёку. Ветер шуршал между оледеневшими ветвями. 
 Мои волосы покрылись инеем, а ресницы побелели  и сверкали под лунным светом. Полёт… это прекрасно. Подобно птице, расправив руки я не задавала себе направления. По ветру, будто парусник я скользила в пространстве. Полностью доверив ему свою судьбу, я часы витала в облаках. Для кого-то это мечта, а для меня это реальность. Я закрыла глаза, вновь мне было настолько хорошо, что даже свобода по сравнению с  этим ничтожная вольность, которая даруется не всем.
   Открыв мои заледеневшие веки, я увидела маленький дворик, лишь один фонарь висевший нал подъездом освещал уже скрытый под толстым слоем снега асфальт. Маленький серый многоквартирный домик попал под  его сияние. И где-то там, на верху, маленькое распахнутое окошко. 
   Мой дом. Маленький мирок, серый и прикреплённый. Зависимый от всего.
  Нехотя я посмотрела вверх, на небе появились багровые полосы, и луна уплывала вдаль. Моя верная ночная подруга вновь покидала меня.
   Подлетев к своему окну, аккуратно, на кончиках пальцев я наступила на подоконник. Увы, в этом мире мои полёты прекращаются. Крылья будто сложились аккуратно за спиной и заснули до следующей ночи.
   Я быстро спустилась на пол. Скинув свитер, и стянув ботинки я прикрыла окно… (Как бы хотелось, что бы оно никогда не закрывалось!) Зарывшись в холодную постель, я взглядом упёрлась в полок. Звёздочки сверкали в небе,  луна плыла в даль и рассвет рассеивал мои мечты… Закрыв глаза… глубоко вдохнув… улыбка на лице растворила все мои ощущения ночи и в небытие отправились все мои воспоминания…
  Крылья шелестели за спиной и мысли погружали в не более таинственный мир снов…
  Закрываю глаза… глубокий вдох и…

Именно здесь, на этой кушетке рядом с окном

Именно здесь, на этой кушетке рядом с окном, я поняла, что для меня есть жизнь. Момент, секунда, их сборище, колечко мыслей и комочек впечатлений. Всё это жизнь. Мгновение понятое – миг, потерянное - пустота. Главное это понимать, что больше такого не будет, Здесь и Сейчас - это важно. 
   Луна тихо текла по небу и из под облаков всплывали маленькие звёзды,  Сейчас они для меня светлячки и не больше моего ноготка. Потом, когда я стану старше, а это будет буквально через секунду, я увижу всё по другому, для меня уже представление секунды покажется абсурдным и понятие времени совершенно абстрактным. Но Сейчас, я понимаю, что миг для меня важнее вечности которая будет преследовать меня дальше. Наверное я ничего не сказала, а может, разъяснила всё, но для меня было захватывающим то ощущение, что я понимаю ценность момента. Я вкушала его, сейчас нет. Другой момент как макаронина попал мне на вилку, и я живу им.

    Я медленно моргнула, почувствовала вкус и услышала мелодию времени. Это прекрасно когда чувствуешь, чувствуешь ветер, холод  или жар, любовь или ощущаешь теплоту души. Зрачки сияли ярко, а сейчас вспыхнули и будто бы мир открылся вновь.  
    Когда-то я отдавала все свои «пороки» и «нехорошести» куклам.
-Возьми лож, сегодня ночью, как и свойственно кукле потеряй её, подари ночи или приходящему солнцу, что бы оно слепило нам глаза, но мне не возвращай!- я целовала куклу в лоб и ложила её на стол, растеривать «нехорошесть». 
   Как это трогательно!
   Именно здесь и сейчас, на этой кушетке рядом с окном я закрыла глаза, я поняла, что для меня значит сон. Долгая нематериальная жвачка, которая поглощает тебя и затягивает в мир которого нет – это сон. Во сне нет  Здесь и Сейчас, здесь только Когда-то и Представь. Но даже сон порою хочется запомнить и не отпускать. Это как искушение. Бокал удовольствия в чистом виде. Жаль, что лишь на таких, порою чересчур ярких примерах можно понять ценность момента, но понимая всё же чувствуешь, что смыкаются веки…

О людях которые наверное читают книги

Я не люблю людей, которые  читают книгу и говорят: «Это всего лишь книга». Я не люблю людей, которые принимают слова книги в серьёз и примеряют маски героев на себя. Я не люблю лентяев, хотя, наверное, сама встала с дивана лишь два раза  в жизни, чтобы родиться и однажды, чтобы крикнуть «Занято!». 
  

Это очень странно, но в тот холодный осенний день, на окне стояло кривое зеркало и отражало комнату как-то не так, выделяясь своей линзой от всех зеркал в доме. Солнечный свет играл с тенями и, пробиваясь сквозь листья, свет давал понять, что это его прощальная песня. Лежа на диванчике и свернувшись эмбрионом, греясь и выпуская пар изо рта, я ловила ресницами солнце, и свет его падал на кончики волосков, словно снежинки январским днём. Было прекрасно чувствовать, что холод  начинает отступать от пальцев ног и что не придёться ставить воду на чай. В глазах расплывались редкие силуэты предметов печатная машинка, укрывшись тенью полумрака, в углу наслаждалась тишиной и одиночеством, на пару с давно молчащей скрипкой. Их никто не обежал. Просто они решили спрятаться, 
а зеркало бесчестно передразнивало их, размывая  и без того редкие и нечёткие контуры в  моих глазах. 
  Обняв руками, колени я начала прикрывать глаза и зарываться в маленькое красное кашемировое одеяльце. Мне доставляла удовольствие мысль о тепле, чае, шоколаде и нескольких граммах молотой корицы в чае. Я представляла, как в ступке я буду смешивать сахар и корицу, как буду растирать их и как всыплю в чай, он в мгновенье наполниться ароматом, сахар придаст сластинку, а корица запах, немного сливок и вот оно счастье.  
  Вспоминаются отрывки из мыслей, я знаю, что многие мечты не осуществяться, я стала слишком пессимистичной, но хочется верить, что немногое из того что желается, сбудется. Хотя часто, я убеждаюсь в обратном, выходя на улицу. Ну, разве многие из них, тех сереньких человечков, которые достойны только того, чтобы хотябы одного из их миллиардов отчеканили на монете, мечтал идти сейчас пешком по задымлённым маленьким улочкам и пачкать свои дешёвые ботинки? Я думаю, что нет, и мне немного их жаль, хотя я уверена ради своей мечты они не сделали ничего, за что я могла бы сказать им: «Молодец!» 
  Ах. Вот ещё что. В желудке как-то по недоброму заурчало, и я вспомнила вкус домашнего балоньезе. Он мне надоел, я недовольно кивнула головой кому-то, сделала кислое лицо, будто   Париж мне не понравился и все предательски приятно посмотрели на меня, и дальше погрузилась в  сон. 
   Так приятно порой противоречить миру, заставлять его не одобрять тебя,  
это так волнительно, когда ты, простив всех… 
    В этот странный холодный день, когда мысли не давали заснуть, затекала правая рука, солнце очень быстро перестало играть в моих волосах и на ресница не прыгали солнечные зайчики. Я заснула, не тревожа мир и успокаивая себя той мыслью, что когда я проснусь, мир наконец-то измениться. Хотя бы в мечтах…

Начнём с меня

"Моя голова как сфера обыденных фраз, 
Как мир без конца загогулинам правды, 
Моя голова как в сфете дыра 
И не понять откуда взялась она и куда?" 

И камни жизни бьют так больно,разбит мой шар, мой купол.Слышишь, потёк кислород.  
И вопрос предо мной:" Дышать до последнего или бежать?" 
-Я лучше подышу, побегу и умру. Лучше совмещать иллюзию и неизбежность. Так проще , правда проще. 

Нет не хочу разубедить, я просто следую себе. Я топаю вдоль по питам ситуационных нужд и вы не в праве будете меня остановить. 

МОЯ голова уже больше не сфера, поверьте,теперь мои фразы очень  сложны.Я никогда не забуду, поверьте, что вы мне нужны. 
"Закрою глаза и зделав последний глаток, 
Упаду куда-нибудь в могилу, вселенной уголок."